Учеба во ВГИКе и женитьба

Во ВГИКе было очень интересно. Наши профессоры, как и в МГИМО, были очень знающими, но их лекции и семинары для меня были гораздо привлекательнее, чувствовался творческий дух, образность звучала чаще, чем назидательность. Если в МГИМО нас принуждали получать профессиональные знания, то во ВГИКе — скорее, побуждали, стимулировали. С нами занимались творцы лучших советских документальных и игровых фильмов. Были блестящие курсы по истории мирового кино и изобразительного искусства. Чего стоят занятия с искусствоведом, красавицей и доктором наук Паолой Волковой, которая проводила их для нас и в аудиториях, и в музеях, и на выставках, и даже у себя дома, где была хорошая коллекция картин. Ее лекции я никогда не прогуливал! Чего нельзя сказать о надоевших еще в МГИМО лекциях по политэкономии, качество которых было гораздо ниже, чем в нашем Институте международных отношений. Творческим руководителем операторского факультета был классик советского кино Анатолий Головня — один из лучших наших кинооператоров-новаторов, снявший фильмы «Мать», «Суворов», «Потомок Чингисхана», «Адмирал Нахимов» и др. Веселый человек, он говорил: «Кина без красивой бабы не бывает!». Следуя его указанию, я снимал в своих учебных киноэтюдах… мою будущую жену — Таню Зубову. Но решилась выйти за меня она не за это, а за… обещание всегда готовить ей завтраки, что я делаю по сей день. Когда же бывают исключения, т.е. она осатанивает от моей стряпни, то я начинаю опасаться, что наш почти полувековой брак находится под угрозой. Но Бог пока милует…На нашу свадьбу, назначенную на 30 августа 1969 года, я чуть не опоздал. По техническим причинам задержался самолет из Томска, где мы вместе с Андреем Колошиным (впоследствии зав. корпунктами Гостелерадио в Японии и Индии) снимали телесюжет о библиотеке старейшего в Сибири университета, где хранились редчайшие русские и зарубежные древние книги из коллекции семьи Строгановых. Кстати, Таня училась со мной на первом курсе МЭО, и мы вместе с ней прогуляли не одно занятие. Это продолжалось многие годы и после того, как она перешла на вечерний факультет МГИМО из-за активного нежелания продолжать изучение китайского языка, навязанного ей как очень успешно сдавшей вступительные экзамены в 1963 году. Повезло мне и с тестем — Александром Михайловичем Зубовым. Он происходил из крестьянско-рабочей семьи, прошел через рабфак, исторический факультет МГУ, Дипакадемию, добровольцем ушел на фронт. Отступления 1941 г., раненный, он провел своих солдат через родную деревню под Гжатском, госпиталь. В 1943 г. его отозвали в Наркоминдел и направили в наше посольство в Канаду, чтобы, как сказал ему, отощавшему после госпиталей, замнаркома Деканозов, «хоть немного подкормиться». Там, в Оттаве, и родилась моя будущая жена… Александр Михайлович служил нашей стране в Югославии, Албании, Камбодже и Сирии, где и закончил свою карьеру в Алеппо в качестве генконсула СССР. Он блестяще знал французский язык и литературу, перевел с сербско-хорватского Конституцию СФРЮ. Был скромен, доброжелателен, на все имел свое собственное мнение (что не очень помогало его служебному росту), отзывчив, добр к людям. Обо всем этом всегда говорили его подчиненные. Общение с ним очень много дало мне и в человеческом, и в профессиональном плане. Все эти качества, плюс веселый нрав, полученный от матери — Валентины Григорьевой, — унаследовала и его дочь…